Русско-китайская библиотека

из журнала Warship International, 1978 г.

Часть 1. Дневной артиллерийский бой.
Вскоре после 13 часов видимость несколько улучшилась (до 7-8 миль), и в 13.19 с "Микасы" сквозь дымку на SW обнаружили смутные силуэты русских кораблей. Русские шли курсом NEtE, и Того повернул свой отряд, за которым следовал отряд Камимуры, на NWtW, затем на W. В 13.37 русские находились по пеленгу StW на расстоянии 5-7 миль.
В 13.42 Того изменил курс на SWtW; казалось, что он собирается разойтись с русской эскадрой на контркурсах. Однако в 13.45 он последовательно повернул свой отряд влево и лег на курс ENE, чтобы атаковать авангард русской колоны. В этот момент передние корабли русской эскадры шли курсом NEtN и находились по пеленгу StE на расстоянии 42 – 45 каб.
В 13.48, когда только "Микаса" успела лечь на новый курс, а "Сикисима" завершала поворот, "Суворов" открыл огонь из носовой башни на дистанции 37 каб.; снаряд упал в 20 м по корме "Микасы". Остальные головные русские корабли немедленно присоединились нему, сосредоточив огонь на двух головных японских кораблях.
Совершая поворот под огнем русского авангарда, Того подвергался определенному риску, но этот риск был меньше, чем это может показаться на первый взгляд. Курсовые углы были такими, что первоначально русские кормовые башни были вне углов обстрела, последние 5 русских кораблей находились вне дальности стрельбы, а "Орел" находился на траверзе "Осляби", которому пришлось уменьшить ход чтобы пропустить его вперед. Таким образом, по этим двум японским кораблям стреляли только 10 12" и 2 10" орудия, и представлялось весьма маловероятным, что на дистанции, превышающей 35 каб., все они смогут сразу же пристреляться. Отряд Камимуры подвергся бы большему риску, но перед поворотом влево он отвернул чуть вправо, увеличив тем самым расстояние до русской колонны. К тому же, к моменту его поворота начал сказываться огонь головных японских кораблей.
"Микаса" открыла огонь по "Суворову" в 13.50 с дистанции 35 каб., и по мере завершения поворота к ней присоединялись остальные японские корабли, так что к 14.00 бой шел по всей линии. "Ивате" и, возможно, "Касуга" и "Ниссин", открыли огонь до поворота. Первоначально "Микаса", "Асахи" и "Адзума" стреляли по "Суворову", а остальные корабли – по "Ослябе". Затем произошло перераспределение целей; так, вскоре после 14.00 "Фудзи" перенес огонь на "Суворов". Бурное море врывалось в орудийные порты наветренной стороны и сильно качало корабли, затрудняя наводку орудий. Однако японцы быстро пристрелялись и поддерживали в высшей степени точный, но, обычно медленный огонь. Стрельба русских кораблей в начальной фазе боя была также хорошей.
Оба флота шли на норд-ост примерно параллельными курсами, но японцы делали 15 узлов против русских 10-ти, и русских постепенно отжимали вправо. Дистанция в этой фазе боя колебалась, по большей части, от 28 до 32 каб., и не падала ниже 23– 25 каб. К 14.15 Того находился на курсе истинный ост, к 14.23 – на курсе ESE, а через 4 минуты довернул чуть больше к югу, угрожая охватить голову русской колонны.
К этому времени русские уже сильно пострадали. Примерно в 13.58 "Ослябя" получил попадание большим снарядом по или ниже ватерлинии в носу и через большую пробоину принял очень много воды. Другой снаряд пробил броню в средней части корабля и проник в угольную яму, что привело к серьезным затоплениям. Корабль получил сильный крен на левый борт и осел носом, контрзатопление и попытки заделать пробоины оказались безуспешными. Кроме того, носовая башня была выведена из строя, а корабль горел настолько сильно, что в 14.20 "Сикисима" из-за дыма потерял цель. В 14.30 "Ослябя" выкатился из строя вправо и почти в это же время получил попадания по ватерлинии двумя большими снарядами, один из которых проделал вторую огромную пробоину рядом с первой опасной пробоиной.
В начале боя "Суворов" получил много попаданий и к 14.00 сильно горел. Огонь распространялся по кораблю и к 14.20 "Суворов" временно скрылся от японцев в дыму. Пламя охватило боевую рубку и управление кораблем пришлось перенести в центральный пост. Около 14.32 был отдан приказ повернуть на 4 румба вправо, однако штурвал заклинило и "Суворов" выкатился из строй вправо и продолжал циркуляцию до тех пор, пока не удалось наладить управление машинами. В кормовой башне произошел сильный взрыв и она прекратила огонь, задняя труба была сбита, но его положение не было столь опасным, как положение "Осляби".
Эти два корабля являлись главными целями японцев, однако туман и дым часто ухудшали видимость, так, около 14.15 на отряде Того было отмечено, что видны только боевые флаги на клотиках русских кораблей; обстреливались также и другие русские корабли. Согласно отчету английского наблюдателя (Пэкенхэма), находившегося на "Асахи", "Александр" в начале боя получил несколько попаданий и вскоре также загорелся. После того как "Суворов" в 14.20 скрылся в дыму, "Александр" стал целью для нескольких японских кораблей и сильно горел. Согласно Пэкенхэму, "Бородино" получил тяжелое попадание около 14.10. На короткое время он вышел из строя, возможно, из-за неисправности механизмов или рулевого управления, но к 14.30 или чуть позже снова вернулся в строй. "Орел" в этой фазе боя определенно получил ряд попаданий, но не имел серьезных повреждений. На "Сисое" или, возможно, на "Наварине" возник пожар, но эти корабли не получили опасных попаданий. Остальные корабли русской колонные, исключая "Николая", по которому некоторое время стрелял "Ивате", не обстреливались японцами.
Между 13.50 и 14.30 "Микаса" получил попадания 6 12" и 19 6" снарядами, однако практически не пострадал. Из этих снарядов 5 12" и 14 6" попаданий были получены между 13.50 и 14.05. Остальные три броненосца получили несколько несущественных попаданий, а "Касуга" получил один 12" снаряд в 14.13. В 14.20 ствол правого орудия в носовой башне "Ниссин" был перебит 12" снарядом. Все броненосные крейсера отряда Камимуры получили попадания, и в 1430 правое 8" орудие в кормовой башне "Адзумы" было выведено из строя 12" снарядом, однако серьезно пострадала только "Асама". В 14.08 12" снаряд попал в корму по правому борту и от сотрясения временно вышло из строя рулевое управление. В это время "Асама" ворочала влево и поэтому вышла из линии. Повреждения были исправлены за 6 минут, но к этому времени остальные японские корабли скрылись в тумане, и "Асама" на полной скорости пошла на соединение с ними. В течение некоторого времени она подвергалась сильному обстрелу с русских кораблей, но до 14.40 не получила серьезных попаданий.
Когда "Суворов" повернул вправо и вышел из строя, "Александр" сначала пошел было за ним, но затем возглавил русскую колонну и вел ее на восток до 14.35, когда его командир внезапно повернул влево и направился на север. Этот маневр заставил Того в 14.37 повернуть свой отряд "все вдруг" на 8 румбов влево. В 14.45 он еще раз повернул "вдруг" на 8 румбов лево, сформировав кильватерную колонну в обратном порядке, и "Ниссин" повел 1-й отряд на пересечку курса русской колонны. Однако Камимура, заметив, что русские очевидно собираются повернуть вправо, продолжал идти прежним курсом, увеличив скорость до 17 узлов, и блокировал директрису стрельбы отряда Того, пройдя у него за кормой. Только в 14.50 он повернул последовательно на 8 румбов влево, и в 14.56 произвел еще один последовательный поворот на 8 румбов влево.
В этот период боя дистанция между противниками уменьшилась. Отряд Камимуры сблизился до 16-17 каб., но к моменту его поворота дистанция увеличилась. Главной мишенью кораблей Камимуры был, по-видимому, "Александр", кроме того, огонь велся по "Сисою" и, вероятно, "Наварину", а также "Ослябе". К этому времени "Ослябя" явно тонул с возрастающим креном. Вода поступала через порты главной палубы, затем через дымоходы, и к 14.50 "Ослябя" затонул без опрокидывания, его палуба стояла почти вертикально.
Во время выполнения поворотов большинство кораблей отряда Того прекратили огонь, русские корабли продолжали стрелять и японцы получили несколько попаданий 12" снарядами. Самыми важными из этих попаданий были одно попадание в "Фудзи" около 14.50 и два попадания в отдельно идущую "Асаму" примерно в то же время. На "Фудзи" снаряд пробил броню щита кормового барбета и взорвался внутри, вызвав пожар кордита и выведя из строя правое орудие. "Асама" была поражена двумя 12" снарядами, попавшими в правый борт в 5 футах выше ватерлинии. Эти попадания привели к серьезным затоплениям, в результате которых осадка "Асамы" кормой увеличилась на 5 футов.
В 14.46 торпедно-канонерская лодка "Чихая" выпустила с 13 каб. в корабль, принятый за "Орел", две 14" торпеды, ни одна из которых, как и следовало ожидать, не попала.
Дымы и туман к этому времени снизили видимость настолько, что она, по большей части, не превышала 30 или, в лучшем случае, 35 каб. Японцы теперь шли приблизительно на WNW, отряд Того по-прежнему возглавлял "Ниссин". "Асама" вскоре восстановила контакт с главными силами и к 15.05 заняла место впереди "Ниссина". "Александр" тем временем прервал движение на север и резко повернул вправо, три уцелевших корабля 2-го броненосного отряда несколько отстали, и отряд Небогатова вступил в кильватер "Орлу". В 14.47 Того левым бортом открыл огонь по русским кораблям, а в 1500 в бой вступили корабли Камимуры. Дистанция до главных сил русских колебалась от 25– 30 каб. до 15 каб. и меньше. В 15.00 "Сикисима" и, по-видимому, "
Часть 2. Повреждения русских кораблей.

Когда "Орел" был приведен в Майдзуру, он имел осадку носом 27.5 фута и кормой 29.3 фута. Очевидно, что в ходе боя корабль принял некоторое количество воды, однако поскольку во время боя была израсходована часть боеприпасов и угля, приняв осадку корабля в бою равной 28.5– 29 фут, мы не допустим большой ошибки. Весьма вероятно, что нагрузка остальных кораблей этого типа была примерно такой же. Хотя это значение заметно выше номинальной проектной осадки, оно не является чрезмерно высоким для кораблей в полном грузу (в укомплектованном виде) и соответствует водоизмещению чуть больше 15000 т при метацентрической высоте 2.5 фута (около 0.75 м). Указанная метацентрическая высота абсолютно неадекватна реальной высоте броневой защиты при средней осадке в 28.5– 29 футов. При такой осадке 7.5" пояс будет находиться на 12– 18" (30–46 см) ниже уровня фактической ватерлинии по миделю, а верхняя кромка 6" верхнего пояса – всего в 3.5– 4 футах (1–1.2 м) выше уровня воды при спокойном море. При более бурном состоянии моря, имевшем место во время боя при Цусиме, верхняя кромка верхнего пояса периодически достаточно глубоко уходила под волну. В средней части корабля выше этого пояса имелась только 3" броня каземата 75-мм орудий, в которой были прорезаны орудийные порты. 5) " пояс в носу находился в нескольких дюймах ниже ватерлинии, а верхняя кромка 4" верхнего пояса возвышалась над ватерлинией на 4.5– 5 футов (1.3– 1.5 м). Выше этого пояса корпус корабля, если не считать 3" "заплат" носовых 75-мм казематов, не имел броневой защиты.
Тщательный анализ отчетов английского и немецкого военно-морских атташе и изучение многочисленных фотографий позволяют с большой степенью вероятности говорить, что "Орел" скорее всего получил 5 12", 2 10", 9 8", 39 6" и 21 малокалиберных или осколочных попаданий, из которых 2 12", 5 8", 28 6" и 11 малокалиберных или осколочных попаданий пришлись в левый борт. Полученные при этом повреждения, в общем, аналогичны повреждениям, полученным русскими кораблями в бою в Желтом море. В небронированных бортах имеется много крупных пробоин, включая пробоину от 12" снаряда в левом борту под передней трубой размером 10 х 8 футов, однако повреждения внутренних помещений относительно невелики. На плите носового 5) " пояса по левому борту имеется след от попавшего под острым углом 12" снаряда в виде удлиненной каплевидной выбоины с трещинами по краям. Кроме этого попадания на бортовой броне ниже уровня главной палубы имеются следы еще только 3 6" попаданий. В небронированном борту в корме имеются две довольно крупных пробоины, одна – от 8", и одна – от 6" снаряда, простирающиеся ниже осей 75-мм орудий в батарее главной палубы. Около 7 футов (2 м) ствола левого носового 12" орудия было оторвано в результате попадания 8" снаряда. Часть крыши кормовой 12" башни над левым орудийным портом была вдавлена внутрь попаданием 8" снаряда, ограничив угол возвышения орудия, а на боковой броне башни имеются следы попадания 10" снаряда, взорвавшегося или, что более вероятно, разбившегося при ударе в броню. Левая носовая и правая средняя 6" башни заклинены в результате попаданий 8" снарядов в их броню, при этом значительные повреждения получили прилегающие к башням участки палубы. В правой средней башне произошел взрыв боеприпасов, приведший к значительным повреждениям. Правая кормовая 6" башня повреждена 12" снарядом, попавшим в барбет под острым углом. Осколки двух 6" снарядов, один из которых попал в боковую стенку, а другой – в крышу боевой рубки, проникли внутрь рубки.
Хотя во многих помещениях выше ватерлинии хранились уголь, служивший дополнительной защитой, и различные запасы, на корабле не отмечалось сильных пожаров.
На основании таких относительно умеренных повреждений, полученных "Орлом" часто делается вывод, что 3 однотипных корабля, потопленные в бою, попадания в которые в различных отчетах о бое упоминаются гораздо чаще, получили много больше попаданий. Следует сразу заметить, что в течение большей части боя представляется невозможным с какой-либо степенью достоверности определить, какие именно корабли обстреливались японцами. Что же касается числа попаданий в погибшие корабли, необходимо отметить, что японцы израсходовали относительно небольшое число тяжелых снарядов. Всего в ходе сражения, включая несколько выстрелов, произведенных 28 мая по отряду Небогатова, отряд Того израсходовал 446 12" ("Микаса" – 124, "Сикисима" – 74, "Фудзи" – 106, "Асахи" – 142), 50 10" и 284 8" ("Касуга" – 103, "Ниссин" – 181) снарядов.
Эти цифры значительно меньше числа снарядов, выпущенных его кораблями в бою в Желтом море (603 – 12", 33 – 10" и 307 – 8" снарядов). Это же справедливо и для отряда Камимуры. При Цусиме шесть его крейсеров выпустили, исключая бой с "Ушаковым" 28 мая, 915 8" снарядов, тогда как в бою в Корейском проливе только четыре бывших там крейсера расстреляли 985 8" снарядов.
Не исключено, что ко дню Цусимы способы наведения орудий, используемые японцами, претерпели дальнейшее улучшение, однако состояние мори и видимость были заметно хуже, чем во время боя в Желтом море, а дистанции, хотя никогда не были столь велики как в начальной фазе боя в Желтом море, редко были меньше дистанции наибольшего сближения в более поздний период этого боя, исключая отдельные случаи стрельбы по поврежденному "Суворову". В бою в Корейском проливе условия (стрельбы) также были лучше чем при Цусиме, а в течение длительного времени дистанции ведения огня в этих боях отличались не очень сильно. Предположение об очень большом числе попаданий тяжелыми снарядами, полученным тремя потопленными кораблями типа "Бородино", ведет к невероятно высокому проценту попаданий. Не следует считать, что эта величина превышала 10% для 12" орудий, а для 8" орудий процент попаданий должен быть ощутимо меньше. Это дает примерно 45 12" попаданий.
Количество 6" и 3" снарядов, выпущенных японцами в Цусиме равняется
для отряда Того:
5748 6" (из них "Сикисима" – 1395)
4046 3" (из них "Сикисима" – 1272)
для отряда Камимуры:
3716 6" (исключая бой с "Ушаковым")
3480...3"
И для этих калибров расход снарядов был выше чем в предыдущих боях (отряд Того в Желтом море – 3592 6" и 2142 3" снаряда, 4 КРБ Камимуры в Корейском проливе – 3667 6" и 2327 3" снарядов), однако все отчеты о повреждениях как японских, так и уцелевших русских кораблей в ходе этой войны показывают, что 6" снаряды не оказывали существенного воздействия, а действием 3" снарядов обычно можно было пренебречь.
Имея в виду все вышеперечисленные факты, можно рассмотреть данные (вынужденно ограниченные в связи с отсутствием спасшихся), относящиеся к гибели "Бородино", "Александра" и "Суворова". Как описывалось в отчете о бое, "Бородино" погиб в результате взрыва погреба, которому предшествовали сильные пожары боеприпасов. Хотя корабль получил множество попаданий, нет необходимости считать, что количество попаданий больших снарядов превышает таковое для "Орла".
Согласно имеющимся данным, на "Александре" наблюдались сильные пожары, однако нигде не упоминается о пожарах боеприпасов. Его носовая оконечность была очень сильно повреждена, а пробоина в носу по левому борту имела, по словам одного очевидца, 20 футов в поперечнике. Прогрессирующее затопление в результате этих повреждений в носовой части, которое в суровых погодных условиях было трудно остановить, в сочетании с затоплением помещений по главной палубе через пробоины выше броневого пояса или поврежденные орудийные полупортики, могли вскоре уменьшить его остойчивость до критически малой величины.
Хотя прямые доказательства этого и отсутствуют, попадания в бортовую броню по ватерлинии снарядов, даже не пробивающих броню, могли приводить к смещению броневых плит, что, в свою очередь, вело к дополнительным затоплениям на скосе нижней броневой палубы. (Здесь автор, очевидно, имеет в виду отсутствие прямых доказательств получения "Александром" таких повреждений. Вообще говоря, случаи смещения и вдавливания броневых плит в результате "непробивающих" попаданий описаны многократно.) Учитывая это, легко понять как ограниченное число 12" снарядов, попавших в район ватерлинии в носу, могло привести к опрокидыванию "Александра". Поэтому и в случае "Александра" вовсе не требуется предполагать, что число попаданий большими снарядами, полученных им, превышает таковое для "Орла". Два попавших почти рядом 12" фугасных снаряда могут привести к появлению в небронированном борту пробоины, описываемой как "имеющая 20 футов в поперечнике".
"Суворов", который в ходе боя неоднократно обстреливался с малой дистанции как отрядом Того, так и отрядом Камимуры, несомненно получил гораздо больше попаданий тяжелыми снарядами, чем 3 однотипных с ним корабля. Однако, вплоть до последней торпедной атаки он, как представляется, достаточно хорошо держался на воде, хотя и имел крен. Похоже, что до получения торпедного попадания в 16.45 "Суворов" не смог вернуться в строй русской эскадры исключительно из-за неисправности рулевого управления и сильных пожаров. Пожары на нем были гораздо более сильными, чем на любом другом русском корабле. Как уже отмечалось, хотя пожар начался в ходовой рубке и, несомненно, в начале питался излишними деревянными конструкциями, шлюпками и избыточной краской на стальных конструкциях, в дальнейшем должен был охватить запасы угля, хранившиеся выше ватерлинии, и боеприпасы мелкой артиллерии. Взрыв в 1610, упомянутый в описании боя, несомненно произошел в результате пожара боезапаса. В записках Семенова указывается, что крыша кормовой 12" башни над левым орудием была сорвана и загнута вверх, однако башня продолжала стрелять. Позже крыша кормовой башни была полностью снесена взрывом, и башня замолчала; носовая 12" башня была также выведена из строя. Снаряд, попавший в портик 4-го 3" орудия левого борта, пробил броневую палубу, и вода поступила на жилую палубу.
Хотя боевое значение "Суворова" было полностью сведено к нулю в результате повреждений от артогня, похоже, что этот огонь не оказал существенного отрицательного воздействия на его плавучесть, и гибель "Суворова" является результатом полученных им торпедных попаданий (1 18" и от 2 до 4 14").
Точная нагрузка "Осляби" не известна, однако его метацентрическая высота вряд ли заметно превышала 2.5 фута (0.75 м). В носу на протяжении первых 55– 60 футов вертикальная броня отсутствовала и защита обеспечивалась броневой палубой, а на протяжении следующих 60 футов броневой пояс незначительно возвышался над ватерлинией. Согласно показаниям спасшихся, снаряд, попавший в носовую оконечность около 1358, привел к затоплению носового подбашенного отделения, носового 6" снарядного погреба, отделения носового торпедного аппарата и помещения динамо-машин. В условиях бурного моря остановить поступление воды оказалось невозможным. Снаряд, пробивший бортовую броню, предположительно – 5" верхний пояс, прошел в 10-ю угольную яму и вызвал затопление погреба. В результате этих и других попаданий вскоре возник крен, достаточно большой, чтобы вода стала поступать через пробоины в обшивке выше броневого пояса и через портики небронированной 3" батареи, и не прошло и часа с начала боя, как "Ослябя" затонул. Носовая башня получила попадания тремя большими снарядами, первый из которых повредил гласис, а третий, прошедший через амбразуру, убил многих из прислуги башни.
Японская десантная партия, высадившаяся на "Сисой" после его сдачи, донесла, что отделение носового торпедного аппарата заполнено водой, а нос несколько погружен. Указывалось на наличие снарядной пробоины ниже ватерлинии к носу от переднего мостика. Повреждения выше ватерлинии описывались как "довольно значительные". В русских отчетах, однако, указываются значительно более серьезные, чем описано выше, повреждения, включая опасный пожар в батарейной палубе и выход из строя 2 12" орудий. В одном из отчетов говорится, что корабль получил 12 попаданий крупнокалиберными снарядами.
Согласно показаниям спасшихся с "Наварина", этот корабль в ходе дневного боя получил четыре пробоины по ватерлинии, в том числе 2 12" попадания в корму, а также другие попадания.
"Нахимов" часто упоминается в японских отчетах как цель, однако представляется, что он не получил серьезных повреждений от артогня.
При осмотре "Николая" было установлено, что он получил примерно 10 попаданий. В их число входят одно прямое попадание и один близкий разрыв у борта, вероятно, 12", а также 2 8", 2 6"; калибр остальных попаданий установить не удалось. Левое 12" орудие было выведено из строя взрывом снаряда, попавшего непосредственно под орудием. В результате попадания 12" в край амбразуры левого носового 9" орудия ствол орудия был выщерблен, на навесная палуба и мостик получили сильные повреждения. Попадания одного 8" и одного 6" снарядов в носовую часть привели к некоторым затоплениям при увеличении хода.
"Апраксин" получил только два попадание, одно из которых в кормовую башню, в результате чего ствол орудия был сильно посечен (осколками), а "Сенявин" получил только осколочные повреждения. В дневном бою 27 мая "Ушаков" получил попадание большим снарядом в носовую оконечность, что привело к снижению скорости, и, очевидно, еще два других
Часть 3. Повреждения японских кораблей

Невозможно привести какие-либо точные данные относительно общего числа снарядов, выпущенных русскими кораблями. Если расход снарядов на "Николае" является сколь нибудь показательным, тогда скорость стрельбы русских крупнокалиберных орудий превышала таковую у японцев. Повреждения же японских кораблей известны в подробностях.
"Микаса" получил свыше 40 попаданий, включая 10 12" и 22 6". Наиболее примечательными из этих 12" попаданий являлись следующие:
13.54. Снаряд пробил крышу каземата №3 (6"), ранил практически всю прислугу орудия и вызвал взрыв находившихся поблизости 10 3" патронов. 6" орудие в каземате сохранило способность вести огонь.
14.00. Попадание под носовой мостик, большая пробоина в шельтердеке. Один осколок попал в боевую рубку, а остальные – в носовой мостик, едва не задев Того.
14.05. Снаряд пробил 6" бортовую броню под казематом №1 в 17" (43 см) ниже главной палубы. Снаряд прошел в заполненную угольную яму, и пока пробоину не удалось заткнуть, через нее поступило много воды.
14.20. Попадание в нижний комингс каземата №7 привело к растрескиванию соседних 6" броневых плит.
15.55. Снаряд пробил 6" бортовую броню под казематом №7 на уровне главной палубы. Большая пробоина и смещение броневых плит. Снаряд прошел в заполненную угольную яму, и, как и при попадании в 1405, вначале через пробоину поступило много воды. Палуба каземата силой взрыва была выпучена вверх, что ограничило угол горизонтального наведения орудия.
Наиболее важным из числа 6" попаданий было попадание, полученное в 18.06. Снаряд попал в амбразуру каземата №10 и взорвался на станине 6" орудия, выведя это орудие из строя. Один 6" снаряд пробил крышу каземата №3, еще один снаряд разорвался при попадании в нижний комингс каземата №5, сместив броневой стык и выведя из строя прислугу, хотя само орудие не получило повреждений. Третий снаряд пробил крышу каземата №11, не повредив орудие.
С точки зрения боевой эффективности наиболее серьезное повреждение было вызвано преждевременным разрывом снаряда в стволе правого орудия носовой 12" башни. Взрыв в канале ствола произошел в 15.47, однако орудие казалось неповрежденным, и стрельба из него продолжалась. В 17.44, на 28-м выстреле за этот день) произошел второй преждевременный разрыв снаряда в канале ствола. (Обратите внимание: за 4 часа сделано 28 залпов!). Верхняя половина рубашки чуть впереди снарядной каморы была разрушена, проволочная навивка обнажилась и примерно 12 рядов (проволоки) было разорвано. Орудие было полностью выведено из строя, а откатное устройство повреждено. Передняя часть крыши башни сместилось, и пришлось поставить временные подкрепления. Левое орудие также пострадало, однако возобновило огонь в 18.20. Кроме этого случая и описанного выше попадания в 18.06, выведшего из строя 6" орудие, единственным серьезным повреждением матчасти артиллерии стал выход из строя 6" орудия №8, у которого на 20-м выстреле заклинило затвор. Это повреждение было исправлено только на следующий день.
"Сикисима" получил 1 12", 1 10" и, включая касательные попадания, 3 6" и 4 3" снаряда. В 14.58 12" снаряд попал в нижний край каземата №6. Часть броневых плит была разбита, а подъемник боеприпасов разрушен. Вся прислуга была убита или ранена, однако само орудие не получило повреждений. Взрыв снаряда произошел в каюте, расположенной на главной палубе под казематом. Остальные попадания причинили незначительные повреждения, не считая воды, принятой через пробоину от неразорвавшегося 6" снаряда, попавшего вблизи ватерлинии по правой раковине. Как и на "Микасе", наибольший ущерб был причинен преждевременным разрывом снаряда в канале ствола правого носового 12" орудия. Разрыв произошел в 15.55 на 11-м выстреле с начала боя (опять же, 11 выстрелов за 2 часа!). Полученные повреждения весьма напоминали повреждения "Микасы", но были сильнее. Было уничтожено примерно 5 футов рубашки, проволока обнажилась, а станина получила сквозные трещины. Кроме того, очень сильные повреждения получило откатное устройство, а также крыша башни. Левое орудие также было на некоторое время выведено из строя.
"Фудзи" получил попадания 2 12", 3 6", 2 3" и 5 снарядами неустановленного калибра, включая касательные попадания). Единственное серьезное повреждение было нанесено 12" снарядом, попавшим в 14.40 в щит кормового барбета. Снаряд пробил 6" броню у правого орудийного порта, прошел вдоль орудия и разорвался на верхней траверсе как раз перед верхней позицией зарядника. 4" тыльная плита была выбита взрывом и вылетела за борт, а большая часть крыши была сорвана. Находившийся в орудии полузаряд вспыхнул, загорелись также находившиеся в верхнем заряднике 8 четвертьзарядов, однако огонь не затронул шесть фугасных снарядов. 8 человек погибло, 9 человек было ранено. Была перебита нагнетательная трубка гидравлического привода правого верхнего досылателя, и, как говорят, бившая из нее под большим давлением вода сильно помогла тушению пожара. Правое орудие было задето осколками, и на этом основании из него больше не стреляли, хотя впоследствии арсенал в Курэ счел его исправным. В момент попадания правое орудие было почти готово к 13-му выстрелу. Через 40 минут левое орудие было снова введено в действие и до конца боя выпустило еще 23 снаряда. Последним выстрелом из этого орудия, по-видимому, был потоплен "Бородино".
По каким-то непонятным причинам в японских отчетах не показано общее число попаданий в "Асахи", однако приведены подробности полученных повреждений, на основании которых можно сделать вывод о том, что корабль получил ориентировочно 6 попаданий. Два из них были 6", одно 3" и три снарядами неустановленного калибра. Корабль не получил серьезных повреждений.
"Касуга" получил 1 12", 1 6" и один неидентифицированный снаряд, и его боевая мощь не пострадала. "Ниссин" же получил 6 12", 1 9", 2 6" попаданий и, по-видимому, 4 попадания снарядов меньшего или неустановленного калибра. Как указывается в описании боя, три его 8" орудия были разбиты попаданиями 12" снарядов. Британский офицер, обследовавший "Ниссин" после боя, полагал, что эти орудия могли разрушиться в результате преждевременных разрывов снарядов в канале ствола, однако японские отчеты совершенно определенно утверждают, что орудия выходили из строя в результате попаданий снарядов. Несмотря на выход из строя орудий, ни одна из башен не выходила из строя, хотя носовая башня получила также попадание 9" снарядом в 15.45. Осколки этого снаряда попали в боевую рубку и ранили в.-адм. Мису. Около 14.40 12" снаряд пробил 6" бортовую броню левого борта примерно в 1 футе ниже ватерлинии и взорвался в угольной яме. В ходе боя еще один 12" снаряд также попал в 6" броню в 3 футах (1 м) выше ватерлинии, но не пробил броню.
"Идзумо" получил 5 12" и 1 10" или 12" попадание и 3 попадания снарядами 6" или неустановленного калибра. Большинство 12" попаданий пришлось в кормовую часть, и эти попадания не причинили больших повреждений. В 18.50 12" снаряд пробил все палубы вплоть до броневой палубы, вдоль которой он проскользил не взорвавшись. При этом снаряд пробил обшивку котельного отделения, и если бы он взорвался, то мог бы вывести из строй среднюю группу котлов.
Включая близкие разрывы снарядов у борта, "Адзума" получил попадания 7 больших снарядов, в основном, 12", 4 6" и примерно 4 3" снарядов. В 14.00 осколок 12" снаряда, разорвавшегося очень близко у борта, срезал 2 фута ствола 6" орудия №7, а вскоре после этого 12" снаряд попал в 6" броню каземата этого же орудия , пробил броню и нанес очень сильные повреждения, разрушив станок орудия; при этом было уничтожено расположенное на шельтердеке над казематом 3" орудие. В 14.30 правое кормовое 8" орудие было выведено из строя 12" снарядом, который также проделал большую пробоину в юте.
"Токива" получил 1 попадание большого снаряда и 7 попаданий снарядами меньших калибров, в основном, 3", а "Якумо" – попадание 1 12" снарядом и еще 6 попаданий, из которых 3 или 4 – 6". Ни один из этих кораблей не получил сколь нибудь существенных повреждений. А вот "Асама", как отмечалось в описании боя, получил тяжелые повреждения. Корабль, очевидно, получил попадания 3 12", 2 9" и примерно семи снарядов меньшего калибра. 12" снаряд, попавший в 1408 в капитанскую каюту на правой раковине, встряхнул крейсер настолько сильно, что на носовом мостике вышло из строй рулевое устройство. 2 12" снаряда, попавшие в 1440 также в кормовую часть корабля по правому борту, нанесли сильные повреждения. Попадания пришлись примерно в 5 футах (1.5 м) над ватерлинией и привели к значительным затоплениям. 9" снаряд попал в верхнюю палубу и тоже разорвался в капитанской каюте, а другой 9" снаряд взорвался при ударе о нижнюю кромку брони кормовой 8" башни, оставив в броне только выбоину. 6" снаряд, попавший в 1550 в основание задней трубы на 20 минут (до исправления повреждения) сильно уменьшил тягу в топках котлов.
"Ивате", включая близкие разрывы у борта, получил 17 попаданий, а именно, 2 12", 3 8", 2 6", 1 4.7", 5 3" и 4 неизвестного калибра. Корабль не имел серьезных повреждений, за исключением затопления двух отсеков по нижней палубе, вызванных попаданиями 2-х 8" снарядов в небронированный борт чуть выше ватерлинии.
Всего русские добились 47 попаданий тяжелыми снарядами (от 8 до 12"), из которых все, кроме 10 или около того, были 12". Это – неплохой результат, особенно если учитывать погодные условия боя и общее поражение русского флота.
Часть 4. Заключение.

Русские 12" бронебойные (АР) снаряды содержали маленький разрывной заряд влажного пироксилина и в ходе боя в 6 случаях пробили 6" броню. Похоже, что во всех этих случаях снаряды разорвались с максимально возможным ожидаемым эффектом, однако только попадание в щит кормового барбета "Фудзи" могло потенциально иметь катастрофические последствия. Разница в результатах артиллерийского огня японцев в Цусимском бою и в бою в Желтом море часто объясняется, в частности, улучшением конструкции взрывателей, в результате чего их снаряды приобрели некоторую способность взрываться после пробития тонкой обшивки. Это, возможно, объясняет быстрый вывод из строя "Суворова", однако не подтверждается состоянием "Орла" после боя. Большинство попавших в "Орел" снарядов взрывались при ударе в обшивку корпуса. Кроме того, в ходе боя продолжали происходить преждевременные разрывы японских снарядов.
Ни японский, так называемый, "бронебойный" снаряд, содержащий разрывной заряд пикриновой кислоты (лиддита) относительным весом 5%, ни "фугасный" (НЕ) снаряд с 10%-ным зарядом того же ВВ не производили никакого действия при попаданиях в закаленную с лицевой стороны броню, кроме случаев попадания в самые тонкие плиты, однако крупнокалиберные снаряды приводили к катастрофическим разрушениям в небронированных местах. Успех японцев можно в значительной степени отнести на счет их удачи, выразившейся во взрыве погреба на "Бородино" и попаданиях больших снарядов вблизи ватерлинии в небронированный борт в носовых оконечностях "Осляби" и "Александра". Оба этих корабля были настолько уязвимы для подобных попаданий, насколько этого можно было только желать, особенно учитывая состояние моря во время боя и слабую подготовку аварийных партий.
Согласно информации, полученной в 1906 г., "Микаса" во время боя стрелял фугасными снарядами из правых 12" орудий и бронебойными из левых, однако, когда дистанция падала ниже 25 каб., переходил исключительно на бронебойные снаряды. Расчеты к 3" орудиям вызывались и огонь из этих орудий открывался только на дистанциях, меньших 22 каб. Первоначальная дистанция определялась с помощью дальномера Барра и Струда, однако после начала боя дальномер не использовался вплоть до прекращения огня. Для пристрелки по дальности использовались залпы 6" орудий, и на умеренных дистанциях расстояние до противника дважды устанавливалось после 3 залпов. Во время боя часто было невозможно отличить падения снарядов "Микасы" от падений снарядов с других кораблей, и, когда такое происходило, огонь временно прекращался, и вновь переходили к пристрелочным 6" залпам. На "Микасе" старший артиллерийский офицер наблюдал за падениями снарядов, когда это было возможно, с носового мостика и передавал исправленную дистанцию к орудиям через боевую рубку, а второй артиллерийский офицер находился на фор-марсе. Для передачи расстояний к орудиям использовалось 5 способов: электрический трансмиттер (циферблат-указатель) Барра и Струда, громкоговорящий телефонный аппарат, переговорные трубы, рассыльные с мегафонами и ручные циферблаты расстояний.

Вернуться в раздел: Япония
East.cyxa.net : Главная страница