Русско-китайская библиотека

Автор излагает исключительно личную точку зрения
После свержения президента Сухарто Индонезия, ведомая исполняющим обязанности президента Юсуфом Хабиби и его демократически избранным преемником Абдуррахманом Вахидом ("Gus Dur" = "Большой брат"), приступила к реализации амбициозной программы политических и экономических реформ, которая заслуживает энергичной поддержки со стороны международного сообщества. Однако перспективы того, что Индонезия уже в скором времени станет третьим по величине населения демократическим государством мира отнюдь не блестящие, ибо слишком серьезны вызовы, с которыми сталкивается новое государственное руководство. После избрания в октябре 1999 года Вахида президентом, а Мегавати Сукарно Путри Кима вице-президентом внутриполитическая и экономическая ситуация в Индонезии стабилизировались лишь внешне. Разумеется, несмотря на все трудности, демократизация остается единственной возможностью для решения существующих ныне проблем, однако выход на арену новых политических и социальных сил таит в себе одновременно и риск дальнейшей дестабилизации. Социальный и политический распад Индонезии оказал бы существенное воздействие на безопасность и стабильность больших территорий Юго-Восточной Азии(1). Остается выжидать, сможет ли президент Индонезии Вахид успешно балансировать между различными политическими и социальными силами. Наряду с его известными слабостями (неудовлетворительное состояние здоровья, хаотичный стиль руководства, спонтанные действия), вследствие чего ослабляется правительственное правление, президент Вахид готов к тому же терпимо относиться к коррупции старого образца и оказался втянутым в скандал с пожертвованиями ("Брунейгейт"), из-за чего подвергается довольно резкой критике. Но Вахиду нет альтернативы, и тем самым нет альтернативы поддержке его правительства международным сообществом, без которой индонезийскому кабинету министров не удастся обойтись при проведении эффективной демократизации и развития страны.
32 года диктатуры и экономическая разруха, наступившая вследствие азиатского кризиса 1997-1998 гг., ложатся тяжелым бременем на первое демократически легитимированное правительство Индонезии. Президент Вахид имеет, в основном, дело со следующими вызовами: сохранение единства нации, а также локализация этнических, религиозных и социальных конфликтов политическими средствами, консолидация демократической государственной власти, обеспечение торжества права и порядка; стабилизация и проведение экономической реформы. Ввиду этих вызовов неизбежны глубокие реформы.
Повестка дня реформ
Проводимые правительством Индонезии преобразования включают в себя, среди прочего, в политической области:
конституционную реформу,
правовую реформу,
реформу управления и его децентрализацию,
консолидацию гражданского контроля в военной области, включая реформирование вооруженных сил.
В экономической области правительство наметило реформы банковской и кредитно-денежной системы, приватизацию государственных предприятий (до сих пор здесь были достигнуты лишь скромные успехи), борьбу с коррупцией, мошенничеством, семейственностью ("КПСК" - коррупция, преступный сговор, кумовство). Не осталось ни одной сферы, которой не коснулись бы реформы. Но кажется более чем сомнительным, что индонезийскому правительству удастся политическими методами претворить эти амбициозные реформаторские проекты в жизнь, минуя окольные пути, избежав отката назад. Можно представить себе различные сценарии:
Развитие страны в направлении либеральной демократии. Ввиду перечисленных выше масштабных вызовов нельзя всерьез рассчитывать на быстрый успех реформаторских усилий и скорое формирование и консолидацию либеральной демократии. К тому же для этого были бы необходимы быстрое оживление экономики и высокие темпы продолжительного экономического роста. Кроме того, правительство должно было бы уже в скором времени мирно урегулировать многочисленные конфликты, однако, в настоящее время вновь наблюдается обострение противоречий, в особенно на Калимантане.
Возврат к авторитарной системе. Несмотря на недавние предостережения министра обороны Индонезии, вероятность военного путча в стране сегодня невелика, что объясняется отсутствием политических амбиций и недостаточной гомогенностью военных, их сильной дезориентацией и незначительным авторитетом у населения. Но эта опасность усилилась бы в том случае, если бы не удалось добиться оживления экономики и разразился бы глубокий политический кризис управления, и в особенности, если бы возникла угроза для территориальной целостности страны (2).
Нарастающая дестабилизация и распад. Если правительству не удастся решительно оттеснить на всех уровнях антиреформаторские силы и воспрепятствовать фундаменталистской радикализации в стране, обусловленной различными формами недовольства его действительно или мнимо безуспешной политикой и утратой легитимности, нельзя исключать и подобный наихудший сценарий. А если бы это сопровождалось еще чего доброго региональными гражданскими войнами, если бы параллельно развернулись движения за выход из состава Индонезии, удержать страну от распада было бы практически невозможно. Это было бы не по силам даже военному правительству.
Три шага вперед, два шага назад
Учитывая огромное количество еще не проведенных реформ, достигнутые результаты кажутся наблюдателям (что несправедливо) незначительными. Однако не следует забывать о том, что в лице "Gus Dur" во главе страны впервые оказался демократически избранный президент, а законодательная власть в Индонезии установилась в результате демократических выборов. Разделение полиции и армии, назначение гражданского министра обороны, окончательное удаление бывшего главнокомандующего генерала Виранто из правительства и различные перестановки среди военных стали важными шагами, предпринятыми с целью осуществить примат политики, хотя добиться осуществления полного гражданского контроля над вооруженными силами все еще не удалось. Так, осенью 2000 года президент Вахид не смог протащить предложения по широкомасштабным кадровым изменениям военного руководства.
Индонезийское руководство подчеркнуло свою приверженность правам человека посредством освобождения политических заключенных, назначения Комиссии по правам человека в Восточный Тимор и Асех, а также создания самостоятельного министерства. В экономической области Ведомство реструктуризации приступило к проведению приватизации государственных предприятий, однако именно здесь отчетливо видно, насколько сложно бороться с гидрой коррупции и семейственности. Общеэкономическая стабилизация развивается поступательно, однако успехи в структурной области по-прежнему незначительны, особенно это касается финансовой системы страны, где так и не проведена до сих пор крайне необходимая реструктуризация. Реформаторский пыл первого правительства Вахида явно поостыл уже к лету 2000 года, что негативно сказалось на поддержке президента населением, однако правящий с тех пор новый кабинет министров также демонстрирует пока весьма скромные результаты своей деятельности.
Урегулирование конфликтов и кризисов
Длинная история насилия в Индонезии, скудные материальные ресурсы индонезийского государства, а также ограниченные возможности национальной политики влиять на втянутые в локальные конфликты силы пробуждают ожидание, что и дальнейшее развитие страны будет сопровождаться грозными конфликтами и кризисами. В пяти различных регионах страны дело дошло до насильственных действий большого размаха: Асех, Папуа, Амбон-Молуккские острова, Сулавеси, а в последнее время вспышки насилия отмечались, прежде всего, на Калимантане. Хотя причины и формы конфликтов имеют существенные различия, все же их в значительной степени объединяет критика централизма Джакарты. Ей ставится в вину доминирование Явы также за пределами этого острова, слишком слабый учет этнической и религиозной самобытности, распределение поступлений от экспорта природных ресурсов к невыгоде других индонезийских островов, хотя именно они богаты полезными ископаемыми, а также нарушения прав человека силами безопасности.
Правительство стремится разрядить напряженную ситуацию, среди прочего, за счет создания институтов и усилий по децентрализации и примирению. И все же наладить подлинный диалог между стремящимися к независимости или ускорению процесса реформ группами и правительством до сих пор фактически не удалось. Слишком велико еще недоверие этих групп, а также скрытая угроза для подобного процесса примирения со стороны недемократически настроенных элит или военных, которые хотели бы таким образом торпедировать реформы Вахида.
Соглашение о прекращении огня в Асехе, вступившее в силу 2 июня 2000 года, не привело, несмотря на продление срока, к желанной разрядке ситуации. Количество жертв - 841 человек в 2000 году - увеличилось по сравнению с предыдущим годом (393 погибших) более чем в два раза. И все же президент Вахид твердо придерживается своей политики примирения и в конце декабря предпринял поездку в Асех, чтобы лично присутствовать на официальном введении исламского права (шариата) в этой провинции. Несмотря на возможные позитивные воздействия этой меры в Асехе, во внутриполитическом плане она сама по себе взрывоопасна, поскольку, хотя Индонезия имеет преимущественно мусульманское население, по конституции она является мультирелигиозным государством. К тому же существует ряд факторов, обостряющих конфликты. Так, большое количество неяванцев живут на внешних островах, население которых уже многие десятилетия считает, что с ним обращаются несправедливо. Трудно себе представить, что правительство обладает средствами (суды, финансовые ресурсы) и располагает временем, чтобы быстро принять меры для требуемого восстановления справедливости, попранной в ходе предыдущих нарушений прав человека. Возможно, стратегия могла бы заключаться в том, чтобы признать факты как таковые и расставить вехи на пути к лучшему будущему.
Хотя гражданское общество и средства массовой информации на национальном уровне сформировались и заставляют с собой считаться, в провинциях и округах они по-прежнему слабы, что имеет негативные последствия для широкого развития и прочного укоренения демократической политической культуры. К тому же правительство зависит от институтов сглаживания конфликтов, которые, со своей стороны, сталкиваются с большими проблемами доверия к себе и признания (например, полиция, но также и сами военные). "Реформы сверху" распространяются, что естественно, на провинциальный и окружной уровень лишь в более поздней фазе, однако, конфликты зарождаются именно на этом уровне.
Реформаторский проект в Индонезии не увенчается успехом без стабильного оживления экономики, для чего чрезвычайно важны импульсы извне. С другой стороны, необходимыми условиями для этих импульсов являются далеко идущие экономические и финансовые реформы(3). Кроме того, недавнее повышение цен на полезные ископаемые расширило индонезийскому правительству пространство для маневра, уменьшив одновременно, с другой стороны, экономическое давление, заставляющее проводить реформы. Новое снижение цен аналогичным образом сузило бы, конечно, материальные основы для проведения реформ.
Ввиду подобного развития событий кажется весьма вероятным, что существующие конфликты не будут урегулированы, и, возможно, к ним добавятся новые. Многое говорит о том, что Индонезия вотвот войдет в длительную фазу социальной и политической нестабильности, параллельно с которой развивается затяжной экономический кризис, что потребует от правительства фактически полного напряжения сил. Это можно сделать только за счет отказа от проведения необходимых, но изнуряющих силы структурных реформ, без которых, однако, невозможен поворот в направлении развития. В сложившейся ситуации Индонезии остро необходима длительная политическая (в том числе символическая) и материальная поддержка со стороны международного сообщества государств, хотя бы уже для того, чтобы предотвратить сползание к хроническому кризису.
Европейская и международная помощь
При этом важная роль отводится наряду с Японией и Соединенными Штатами Америки Европейскому Союзу. Хотя, на первый взгляд, события в Индонезии и не затрагивают жизненно важные интересы Европы, при более пристальном рассмотрении выявляется целый ряд важных интересов:
Так, в Европейском Союзе существует широкое единство мнений по вопросу о том, что выдающееся значение для стабилизации Индонезии имеют, среди прочего, успешные реформы, направленные на демократизацию общества, улучшение положения в области прав человека и эффективное правительственное правление.
Будучи самой крупной и имеющей большое стратегическое значение страной Юго-Восточной Азии, Индонезия является и ключевой страной в составе АСЕАН, поэтому ее национальная стабильность играет центральную роль в деле обеспечения региональной безопасности и стабильности, в которых Европа также сильно заинтересована.
Европа не в последнюю очередь хочет экономического оживления и развития страны и тем самым расширения торговых и инвестиционных возможностей для европейской экономики.
Стабилизация и демократизация страны рассматриваются также в качестве важной предпосылки эффективной охраны природы и природных ресурсов.
Хотя возможности Европы оказать прямое влияние на внешнюю политику Индонезии и ее политику в области безопасности не очень велики, европейцы располагают богатым инструментарием, позволяющим реагировать на указанные сценарии кризисного развития, который по большей части уже используется. На международном уровне этот инструментарий включает в себя поддержку вместе с третьими странами и многосторонними институтами (Международный валютный фонд, Всемирный банк Азиатский банк развития) индонезийских реформ, содействие проходящему под эгидой ООН восстановлению Восточного Тимора и его международной, в особенности, региональной интеграции в интересах надежной стабилизации региона.
На национальном индонезийском уровне – это прямая поддержка диалога и усилий правительства Вахида по примирению, а также опосредованная поддержка этих усилий за счет подключения национальных и международных негосударственных организаций, помощь в проведении децентрализации, которая является главной составной частью правительственной стратегии локализации конфликта и демократизации. Здесь изучаются дальнейшие возможности ускорения этих реформаторских усилий извне, однако при этом не навязываются конкретные решения.
Помимо этих мер Индонезии крайне необходима сегодня финансовая и, прежде всего, техническая помощь для создания независимой юстиции (это намечено в концепции Европейского Союза и Индонезии от февраля 2000 года), поддержка при расследовании нарушений прав человека в Восточном Тиморе, Асехе и других регионах и наказание виновных, сотрудничество в реформировании сил безопасности, в особенности полиции, и, прежде всего, кооперация в области образования. Стране необходимы программы разоружения незаконных вооруженных формирований, поддержка государственных и негосударственных правозащитных организаций, а также меры содействия экономическому оздоровлению, такие как реструктуризация долгов, трансфер "ноу-хау" для проведения реформы банковской системы и финансового рынка, приватизации государственных предприятий.
На субрегиональном уровне потребовались бы следующие шаги: поддержка организационно слабого гражданского общества на уровне провинций и округов за пределами Явы (поддержка сетей негосударственных организаций), поддержка средств массовой информации, в особенности в охваченных конфликтом регионах за пределами Явы, например, стимулирование независимой журналистики, журналистских расследований, проекты по содействию формированию демократической культуры (в том числе разделение властей и контроль) на провинциальном и окружном уровне.
После свержения Сухарто Европейский Союз неоднократно выражал политическую и оказывал материальную поддержку в целях развития сильной, демократической, единой и благоденствующей Индонезии, которая вселяла в правительство в Джакарте мужество для проведения необходимых реформ, и содействовал этим реформам материально и в идейном плане. Несмотря на неудачи и провалы, государства-члены Европейского Союза сходятся во мнении, что необходимо продолжать двигаться по этому пути. В этой связи государственный визит Федерального президента Германии Йоханнеса Рау в Индонезию в феврале 2001 года можно расценивать как важный сигнал молодой индонезийской демократии, которой предстоит еще крепнуть и крепнуть, поданный в трудный для нее период (4).
Примечания
Ср.: Kreft Das "asiatische Wunder" in der Krise. Die politische, wirtschaftliche und gesellschaftliche Entwicklung im asiatisch-pazifischen Raum, in: Aus Politik und Zeitgeschichte, B48/98, 20.11.1998, S. 3–12; [Хайнрих Крефт Кризис "азиатского чуда". Политическое, экономическое и общественное развитие в азиатско-тихоокеанском регионе. В: Из политики и современной истории, Б 48/49, 20.11.1998, стр. 3-12], а также Kreft und Hans-Peter Schneider AuЯenpolitische Auswirkungen der Asienkrise, in: Blдtter fьr deutsche und internationale Politik, 10/98, S. 1191–1199 [?айнрих Крефт и Ханс-Петер Шнайдер Внешнеполитические воздействия азиатского кризиса. В: Страницы германской и международной политики, 10/1998, стр. 1181-1199].
Britta Petersen Indonesischer Minister schlieЯt Putsch aus, in: Financial Times Deutschland, 13.1.2001, S. 17 [Бритта Петерсен Индонезийский министр исключает путч. В: "Файнэншл таймс Дойчланд", 13.1. 2001, стр. 17]; International Crisis Group, Indonesia: Keeping the Military Under Control, ICG-Report, Nr. 9, Jakarta/Brьssel, 5.9.2000 а также
Ср.: International Crisis Group, Bad Debt: The Politics of Financial Reform in Indonesia, ICG-Report, Nr 15, Jakarta/Brьssel, 13.3.2001.
Ср.: Речь Федерального президента Германии Йоханнеса Рау в этом номере, стр. 122 и сл.

Вернуться в раздел: Индонезия
East.syxa.net : Главная страница